The Economist: Изменение отношения к ЛГБТ в ВСУ меняет украинское общество

Тысячи представителей ЛГБТ служат в Вооруженных силах Украины и часто носят на форме радужный значок рядом с сине-желтым. Они также находятся в авангарде украинского гуманитарного волонтерства. Их заметность привела к значительным переменам в украинском обществе, пишет The Economist.

Когда в 2021 году Паша Лагойда пришел в украинскую армию, он никому не сказал, что он гей. Однако в первые же недели его соседи по комнате в учебном лагере обнаружили его «пикантные тексты» и стали над ним издеваться. «Была агрессия. Они называли меня педиком и всё такое», — говорит он.

Запугивания поутихли, когда коллеги по службе узнали Павла получше. Сейчас Лагойда служит на передовой, и все 180 человек в его подразделении знают, что он гей. Он выкладывает селфи, на которых выглядит подтянутым в своей камуфляжной форме с накачанным прессом и безупречной щетиной. Он также является членом организации «Військові ЛГБТІК+» — на её странице в Instagram представлены фото людей с нетрадиционной ориентацией, служащих в армии, а также разные товары, например кружки и тканевые нашивки с изображением бронированного единорога, дышащего огнем. «Где бы я ни служил, — говорит Лагойда, — все говорят мне: «Поскольку ты на войне, я не имею права называть тебя геем или педиком; ты просто человек, который защищает нас на равных».

Гомосексуальные отношения были декриминализированы после распада Советского Союза в 1991 году, но когда в 2013 году в Киеве прошел первый гей-парад, лишь несколько десятков человек были достаточно смелы, чтобы игнорировать угрозу насилия со стороны скинхедов. Даже после украинской революции 2014 года и последовавших за ней реформ законодательство, защищающее права геев, отставало. Например, несмотря на многолетнюю кампанию, парламент до сих пор не внес поправки в украинские законы о преступлениях на почве ненависти, чтобы включить в них действия против геев.

Война изменила многое. Прошлым летом парламент наконец ратифицировал Стамбульскую конвенцию Совета Европы о насилии в отношении женщин после десятилетней задержки, вызванной возражениями церковных групп против использования в тексте слова «гендер». Сейчас в стране разрабатывается законопроект, который предоставит однополым парам право регистрировать гражданские партнерства, что было немыслимо ещё год назад.

Инна Совсун, депутат, представившая законопроект, говорит, что её воодушевило, когда прошлым летом петицию с призывом узаконить однополые браки подписали более 25 000 человек, что соответствует порогу для рассмотрения президентом. Опросы показали, что более половины украинцев считают, что геи и бисексуалы должны пользоваться равными правами. Президент Украины Владимир Зеленский высказался в поддержку закона о гражданских браках, но его правительство ещё не сделало эту тему приоритетной.

Защита прав геев в армии дает большой толчок для принятия законопроекта. Гражданские партнерства позволят однополым парам принимать медицинские решения в случае ранения партнера; если один из них будет убит, выживший сможет похоронить его или её в соответствии со своими пожеланиями, получить наследство с теми же налоговыми преимуществами, которые имеют супруги, состоящие в браке, и получить государственную компенсацию за потерю. «Это то, о чем многие мечтают», — говорит  Лагойда. «Если со мной, не дай Бог, что-то случится, я хочу, чтобы мой парень мог прийти в реанимацию или забрать моё тело».

София Лапина, руководитель организации Ukraine Pride, утверждает, что изменение отношения к геям отчасти отражает стремление Украины к культурному и политическому сближению с Европой. По её словам, это также способ для украинцев противостоять репрессивной России Владимира Путина, которая объявила вне закона «пропаганду гомосексуализма» и характеризует войну в Украине как «экзистенциальную битву» против идеологии Запада.

Украинские ЛГБТ-группы документально подтвердили, что лесбиянок и геев на оккупированных Россией территориях выслеживают, насилуют, задерживают и унижают. Татуировки с гей-символикой — такой же красный флаг для российских войск, как и украинские трезубцы. Трансгендерные люди там боятся выходить на улицы. Лапина говорит, что «украинцы стали яснее видеть, что ненависть в любой форме — расизм, гомофобия — это, по сути, российская пропаганда».

Источник: ZN.ua