Максим Попович
Специалист в сфере PR, маркетинга и медиабаинга
Мировой спорт сегодня это не только гонка за медалями, но и большая политика. Попытка Международного олимпийского комитета продемонстрировать лояльность к РФ завершилась громким медийным провалом. Дисквалификация на Олимпиаде украинского скелетониста Владислава Гераскевича за антивоенный манифест на шлеме сработала с точностью до наоборот. Пытаясь угодить Кремлю и убрать неудобную правду, функционеры МОК лишь масштабировали украинское послание до глобального уровня. Скандал вскрыл глубокую ангажированность спортивных элит, а также показал: мировое сообщество готово бескомпромиссно поддерживать Украину.
Напомню суть скандала. Во время Зимних Олимпийских игр 2026 года в Милане и Кортине-д’Ампеццо украинский скелетонист Владислав Гераскевич вышел на тренировку в «шлеме памяти» с портретами украинских атлетов, убитых Россией. МОК отреагировал мгновенно: спортсмену запретили использовать этот шлем, назвав его «политической пропагандой», и предложили циничный компромисс: надеть черную повязку. Владислав отказался предавать память погибших. 12 февраля 2026 года, за 45 минут до старта официальных заездов, Гераскевича дисквалифицировали. В итоге вместо спортивного старта мир получил громкий политический скандал, который обнажил всю гниль современной олимпийской системы.
Международные правозащитные организации, в частности Global Athlete, жестко раскритиковали позицию МОК, заявив, что «комитет встал на сторону агрессора, прикрываясь нейтралитетом», а сам факт дисквалификации стал «актом капитуляции перед Кремлем». Правозащитники прямо заявили: чиновники хотели убрать неудобное напоминание о войне, чтобы не портить настроение спонсорам из РФ и не терять российские деньги.
Для МОК лозунг «спорт вне политики» давно стал удобной ширмой, за которой прячутся грязные российские деньги. Десятилетиями РФ коррумпировала мировые элиты, покупая лояльность организаций и функционеров. И МОК под руководством Томаса Баха превратился в плацдарм для российского лобби. Российская экспансия в международные федерации никогда не была только вопросом спонсорства. Это была системная «мягкая сила», где нефтедоллары переплетались с личными связями. Кремль годами выстраивал сеть «почетных президентов», финансировал строительство штаб-квартир и подкупал голоса мелких федераций, чтобы держать в заложниках крупных игроков. Когда мы говорим о «нейтральности» Баха, мы на самом деле говорим о страхе олимпийских чиновников потерять налаженные схемы, где российские олигархи выступали не просто меценатами, а теневыми акционерами мирового спорта.
Руководство комитета буквально бредит возвращением спортсменов страны-агрессора на международные арены. Томас Бах повторяет: «Мы не можем наказывать атлетов за действия их правительств. Олимпийские игры должны объединять мир, а не возводить стены». Схожие послания звучат и от руководителей других организаций. В частности, президент ФИФА Джанни Инфантино заявлял, что «запрет ничего не достиг и пора возвращать россиян», а президент УЕФА Александер Чеферин недавно намекнул на «быстрые изменения в мире», которые могут позволить реабилитацию РФ.
Украина ответила максимально жестко на высшем государственном уровне. МИД заявил, что МОК «прогнулся» под агрессора, выбрав комфорт чиновников вместо олимпийских ценностей. Дипломаты подчеркнули: дисквалификация за почитание жертв агрессии — это оскорбление памяти более 450 украинских спортсменов, убитых Россией. В МИД назвали бан Гераскевича системным дипломатическим наступлением, которое заставило мировые СМИ говорить не о «нарушении регламента», а о морали и коррупции олимпийских функционеров. В тот же день Президент Владимир Зеленский подписал указ о награждении Владислава Гераскевича Орденом Свободы. Четкий сигнал: принципы важнее формального «золота» или «серебра».
Но чиновники забыли, что мы живем в эпоху, где попытка запретить только умножает внимание. Как только МОК начал давить на Владислава, сработал эффект Барбры Стрейзанд. Вместо того чтобы «тихо убрать» протест, чиновники комитета вынесли его на первые полосы мировых СМИ. О поступке украинца написали CNN, BBC, Al Jazeera, The New York Times. Sports Illustrated опубликовал материал о том, как олимпийские идеалы продаются за нефтерубли. Мир увидел не просто спортсмена, а воина на информационном фронте. Волна поддержки была мощной. Писатель Стивен Кинг написал, что правда сильнее любых запретов, а основатель Virgin Group Ричард Брэнсон отметил: «Запрещать почитание памяти убитых — значит вставать на сторону убийцы. Мир видит правду, даже если МОК пытается её замазать».
Поражение функционеров стало окончательным, когда бан физического шлема привел к появлению шлема «виртуального». Уже на следующий день после дисквалификации в соцсетях запустили масштабный флешмоб: тысячи пользователей, от профессиональных атлетов до обычных фанатов со всего мира, добавляли на свои аватарки элементы дизайна шлема Гераскевича. Надпись «No War» и лица убитых украинских спортсменов стали главным фильтром в Instagram и TikTok. Каждая попытка чиновников удалить видео заездов Владислава или заблокировать упоминания о скандале лишь поднимала новую волну возмущения.
Ситуация с Гераскевичем доказала: МОК это уже давно не только о спорте, а о больших деньгах и большом влиянии. Этот скандал стал разоблачением коррумпированных чиновников как российских пособников. Несмотря на разговоры об «усталости от войны», кейс показал, что базовые понятия добра и зла никуда не исчезли. Даже в мире, где Дональд Трамп шокирует политическими маневрами, ведет торговые войны или говорит о покупке Гренландии, люди мгновенно реагируют на несправедливость. Реакция планеты на бан украинца подтвердила: поддержка Украины — это позиция международного сообщества.
Для самого Владислава Гераскевича 12 февраля 2026 года стало днем рождения нового общественного лидера. Он не привез медаль из Италии, но привез нечто более важное — уважение мира и репутационный капитал. Его апелляция в CAS и последующий аукцион шлема в поддержку ВСУ лишь усилили этот статус. Его пример доказывает: один человек с четкой позицией способен расшатать даже миллиардную машину кремлевского влияния. Как отметили аналитики Atlantic Council, «Гераскевич продемонстрировал, что спортивная дипломатия в руках смелого человека может перевесить лоббистские усилия целых государств». Этот кейс стал нашей победой в битве за правду. А именно из таких побед и складывается большая Победа.
С точки зрения антикризисного пиара, кейс Гераскевича — хрестоматийная ошибка, которая иллюстрирует полную профнепригодность коммуникационной команды МОК. Использование такого шлема де-факто не нарушало ни одного правила регламента, и если бы в Лозанне работали рассудительные пиарщики, они бы посоветовали Комитету разрешить участвовать украинцу в соревнованиях со шлемом. В мире, где инфоповоды меняются ежечасно, новость о шлеме угасла бы уже через несколько дней. Вместо этого чиновники МОК решили выслужиться перед Кремлем. Своим решением о бане они создали глобальный медиа-кризис, который уже невозможно локализовать. Теперь этот скандал навсегда войдет в историю олимпийского движения как задокументированное подтверждение того, что верхушка МОК отрабатывает грязные российские деньги.