Наверное, нет в Украине такого внимательного зрителя вечерних выпусков новостей, который бы не заметил, что за последний месяц в Партии регионов начались определенные пертурбации.
Одна из наиболее интересных тенденций – это формирование и укрепление групп влияния в Партии регионов не только по финансово-корпоративному признаку (исторически выверенный формат), но и по признаку территориальному (формат ближайшего будущего).
В первую очередь, имеется в виду харьковский проект «Украинский фронт», который в скором времени может стать одним из главных электоральных правопреемников Партии регионов.
На восточном фронте перемены
Электоральная игра политических сил в Украине имеет четкое территориальное разделение. Если в центре и на западе страны граждане впадают в экстаз от понимания того, что силовые действия власти находят жесткое сопротивление в лице гражданского общества, то на востоке и юге нередким является мнение о необходимости «выжечь напалмом протестующих бездельников в Киеве».
В принципе, обострение этого ментального разделения украинцев будет основой в политической риторике президентских выборов 2015 года, и, как следствие, местных выборов того же года. От президентской кампании, конечно же, зависит решительно все. Будущее Партии регионов – в первую очередь.
Не стоит подробно напоминать о том, что произошло с партией «Наша Украина», когда Виктор Ющенко проиграл президентские выборы. Эта политическая структура была разрушена, испепелена до основания.
Сравнение между НУ и ПР не совсем корректно, однако логика процесса распада политических сил в нашей стране всегда одна и та же. Корпоративные финансовые структуры, которыми и являются украинские партии, а, точнее, их акционеры, постоянно взвешивают риски. Их главная задача – тонко прочувствовать момент, когда необходимо менять «инвестиционную стратегию».
Решение о том, что пора покинуть корабль и пересесть на спасательную шлюпку, принимается не спонтанно – это всегда взвешенное решение, которое мотивирует инстинкт политического самосохранения.
Так вот, харьковский «Украинский фронт» – именно такая качественная «спасательная» шлюпка, «подушка безопасности» для одной из самых активных и агрессивных региональных групп в ПР.
Интересно то, что этот политический проект появился именно в Харькове, а не в Донецке, Луганске или Крыму (об инициативах последнего следует упомянуть отдельно). Основное "контрмайдановское" идеологическое движение было оформлено именно в первой столице Украины, и для этого существуют конкретные предпосылки.
Во-первых, Харьков, по всей видимости, начинает возвращать свое былое влияние на политические процессы в Украине, которое он потерял еще в середине нулевых (особенно после трагической смерти Евгения Кушнарева).
Местные политики начинают осознавать, что в их руках находится колоссальный электоральный ресурс (второй по численности населения город в стране), способный дать широкую автономию в действиях даже внутри Партии регионов.
Во-вторых, монолитный управленческий тандем «Добкина – Кернеса» в последнюю парламентскую избирательную кампанию вышел за пределы Харьковской области. Теперь он имеет свою внутреннюю группу депутатов в парламенте (Александр Беловол, Дмитрий Добкин, Виктор Остапчук, Александр Фельдман, Анатолий Денисенко, Дмитрий Святаш и Владимир Мисик).
К этой региональной харьковской группе по идеологическому критерию можно добавить и Олега Царева (в качестве активиста «Украинского фронта»). Также к этой группе со временем может примкнуть Вадим Колесниченко и другие русофилы нашего парламента.
Таким образом, создание «Украинского фронта» – это еще один шаг на пути укрепления позиции харьковского политического тандема, это очередной виток эволюции их «внутренней империи». Следующий возможный шаг – создание своей партии или увеличение реального влияния внутри Партии регионов.
В-третьих, после более чем двухмесячных протестных акций в Киеве появилась неуверенность в том, что Виктор Янукович сможет победить на следующих президентских выборах. Эта неуверенность исходит от фракции ПР в парламенте (вспомним проблемное голосование за законопроект по амнистии) и от ее же региональных представителей.
Неудивительно, что при ослаблении позиции власти конкуренты (как внешние, так и внутренние) активизируются. Мощные конкуренты активизируются мгновенно.
УФ-УФ-УФ?
Итак, что же такое «Украинский фронт»? По сути, это новая форма (еще не до конца завершенная) корпоративной политической организации, без пяти минут партии. Внимательно анализируя участников первого съезда УФ, можно выделить несколько внутренних конгломератов (ресурсов), которые отличаются своими функциями и компетенцией.
1. Политической ресурс.
К нему можно причислить харьковскую организацию ПР и КПУ (плюс другие региональные организации этих партий, патроны которых поддержали «Украинский фронт» во время первого съезда).
Также к политическому ресурсу "восточных фронтовиков" следует причислить административные возможности харьковского властного тандема, уже упоминавшуюся депутатскую группу в парламенте, и, кроме этого, всю медиаподдержку, которую этой политической организации обязательно предоставит Москва.
2. Силовой ресурс.
Радикальное силовое крыло «Украинского фронта» – это организация «Оплот» (глава – Евгений Жилин). Кроме «Оплота» в этом же русле в УФ работают: организация байкеров «Ночные волки» (или их часть), областной союз ветеранов Афганистана и представители левобережного казачества. Однако последние три названные структуры, скорее, необходимы для электорального продвижения, чем для силового предпринимательства.
Бесспорно, самой интересной организацией этого блока является именно «Оплот» и ее лидер Евгений Жилин. Все указывает на то, что в скором будущем он станет одним из главных действующих лиц в харьковской политике (в контексте местных выборов 2015 года) и, при удачном для него стечении обстоятельств, на всей Левобережной Украине.
Это можно понять, учитывая, насколько системно политтехнологи работают над идеологией организации и ее продвижением в базовом регионе (создание отдельного информационного агентства с большим штатом и т. п.).
При этом идеологемная формула «Оплота» собрала все актуальные штампы восточной Украины: «русский дух» + «стандарт советской истории» + «настоящие мужики» + «православие» + «социальная справедливость» + «порядок». Поэтому сомневаться в ее местечковой эффективности не стоит.
3. Перспективный ресурс.
В любом случае, «Украинский фронт» является потенциально эффективным инструментом продвижения политических целей не только для харьковских политиков (или для восточного политического класса в Украине). Просто так получилось, что именно харьковские функционеры стали авангардом этого инструмента.
Короче говоря, УФ выгоден Кремлю. Выгоден по той причине, что любые попытки организовать адекватные группы внутреннего влияния в Донецке (вроде бы в центре русофильских настроений на востоке) и Крыму (региону, безусловно лояльному к политическому режиму России) проваливались.
Эти попытки создания политических движений, ориентированных в своем идеологическом дискурсе на РФ, провалились по той причине, что в Донецке для этого нет необходимой политической воли (все же дух подданства в нем тотален), а в Крыму для этого нет интеллектуального и кадрового ресурса.
Чего только стоит последнее заявление крымских парламентариев о том, что «гарантом незыблемости статуса автономии Крыма» может быть исключительно президент России (см. царь-батюшка). После подобных Epic Fail Кремль будет искать место, которое может стать центром российско-ориентированной политики в Украине без привкуса провинциального чванства и недалекости.
Учитывая исторические особенности Харькова («первая столица», «харьковские соглашения», интеллектуальный центр Левобережной Украины), ставка Москвы будет сделана именно на этот город в борьбе за влияние на будущее нашей страны.
* * *
Невзирая на то, что пока «Украинский фронт» действует с конкретной целью противостояния митингующим активистам из Западной Украины и Киева, в будущем он может трансформироваться в силу, которая будет олицетворять ценности и образ жизни большей части населения на левом берегу Днепра.
Это важно понять в контексте федерализации Украины, которая может начаться уже в ближайшее время, если политический класс в нашем государстве не найдет путей примирения и не поймет, что его выживание зависит от степени независимости его же властных институтов.