Европейские столицы все больше опасаются, что переговоры США, России и Украины могут пройти без их прямого участия, хотя будущие договоренности напрямую повлияют на безопасность континента. В то же время внутри Европы нет единства относительно того, кто именно должен представлять ее интересы и как следует вести диалог с Владимиром Путиным.
Об этом пишет Financial Times.
Европу беспокоит перспектива переговоров без нее
Обеспокоенность в европейских столицах усилилась на фоне подготовки трехсторонних переговоров США, России и Украины в Абу-Даби.
Европейские правительства опасаются, что во время этих консультаций могут приниматься решения с далеко идущими последствиями для безопасности континента без их непосредственного участия.
Особое беспокойство, по данным FT, вызывает то, что Вашингтон и Москва потенциально могут договариваться по вопросам, которые касаются самой Европы, в частности о гарантиях безопасности для России или возможных ограничениях для НАТО.
Один из высокопоставленных европейских дипломатов сформулировал проблему так: прежде чем выбирать представителя Европы, ей сначала нужно получить место за столом переговоров.
По его словам, Кремль не заинтересован в том, чтобы допустить европейцев к переговорному процессу, а вместо этого стремится вести диалог напрямую с Дональдом Трампом и усиливать давление на Владимира Зеленского.
Звонок Стубба и Стёре вызвал спор
Дискуссия внутри Европы обострилась после того, как президент Финляндии Александр Стубб и премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стёре провели телефонный разговор с Путиным.
Они организовали контакт без предварительного одобрения ЕС, что вызвало критику со стороны ряда европейских стран.
Стёре объяснил, что не рассчитывает изменить позицию Путина, но считает важным напрямую донести до него европейскую позицию.
Он также заявил, что обеспокоен тем, получает ли Кремль полную картину европейских взглядов, когда переговоры ведут только американцы.
Однако в Дании, Италии и Литве такую тактику восприняли критически.
Министр иностранных дел Литвы Кястутис Будрис заявил, что любые контакты с Россией должны опираться на общую позицию, реальные рычаги влияния и четкий перечень европейских требований.
По его словам, отдельные контакты с Путиным без единой повестки ранее не приносили Европе результата.
Кремль не хочет видеть ЕС за столом
Москва публично демонстрирует, что не считает участие Европейского Союза необходимым.
Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил, что трехсторонние переговоры не предусматривают участия ЕС и что такие участники, по мнению Кремля, не нужны.
Сам Путин при этом положительно отозвался о контакте со Стуббом и Стёре, заявив, что в Европе есть политики, которые стремятся не к «стратегическому поражению России», а к восстановлению диалога.
Директор Carnegie Russia Eurasia Center в Берлине Александр Габуев считает, что Москва не возражает против того, чтобы Европа была частью политического процесса, но предпочла бы, чтобы она не имела прямого влияния на переговоры.
По его мнению, Кремлю выгоднее, чтобы Трамп сам оказывал давление на европейских союзников и убеждал их соглашаться с договоренностями Вашингтона и Москвы.
У Европы есть рычаги, но не хватает дипломатического влияния
Financial Times подчеркивает, что Европа располагает значительными инструментами влияния.
Речь идет о санкциях против России, более чем €200 млрд замороженных российских активов и перспективе членства Украины в Европейском Союзе.
Несмотря на это, европейским правительствам пока не удалось превратить свой экономический и политический вес в соответствующее дипломатическое влияние.
По словам собеседников FT, и Вашингтон, и Киев все больше признают, что без Европы реализация любой окончательной договоренности будет сложной.
Однако непосредственного участия в основных переговорах европейские столицы до сих пор не имеют.
Кто может представлять Европу
Отдельная проблема — кто именно должен говорить от имени Европы.
Четверо европейских дипломатов сообщили FT, что США и Украина рассматривают формат так называемой E3 — Великобритании, Франции и Германии — как наиболее вероятный механизм европейского представительства.
По словам одного из собеседников издания, спецпредставитель Трампа Стив Уиткофф и зять президента США Джаред Кушнер в прошлом месяце обсуждали это с украинскими представителями в Киеве.
Тогда, по его словам, стороны пришли к выводу, что именно E3 может стать основным каналом участия Европы.
Однако такой формат создает другую проблему.
Меньшие европейские государства опасаются, что три крупнейшие страны могут начать говорить от имени всего континента без достаточного учета позиций других членов ЕС.
Из-за этого внутри Европы продолжается спор даже относительно самой модели представительства.
Германия пытается снизить градус конфликта
В Берлине пытались снизить градус спора вокруг звонка Стубба и Стёре Путину.
Один из немецких чиновников отметил, что Норвегия и Финляндия действовали от своего имени, предупредили партнеров до разговора и проинформировали их после него.
По его словам, во время контакта они отстаивали позиции, которые и ранее были частью европейского подхода.
Однако внутри самой Германии звучит и критика.
Депутат Бундестага Норберт Рёттген заявил, что самостоятельно организованные телефонные разговоры не должны быть моделью поведения для Европы.
По его мнению, такие контакты могут создавать ложное впечатление, будто Путин действительно заинтересован в серьезных переговорах.
У Европы до сих пор нет общей стратегии
Спор вокруг контактов с Кремлем показывает более широкую проблему.
Одни европейские страны считают, что с Путиным нужно поддерживать прямой канал связи, даже если шанс повлиять на его позицию минимален.
Другие убеждены, что отдельные переговоры лишь ослабляют европейское единство и дают Москве возможность играть на разногласиях между союзниками.
Сам Стёре признал, что Норвегия и Финляндия не просили поддержки ЕС перед звонком именно потому, что знали о разных взглядах внутри Европы.
Россия может не спешить с реальными переговорами
Александр Габуев считает, что Москва вряд ли заинтересована в действительно серьезных переговорах о завершении войны в ближайшее время.
По его оценке, Кремль может рассчитывать на то, что зимняя кампания массированных воздушных ударов еще больше ослабит переговорные позиции Украины.
Именно после этого, по его мнению, Россия может счесть момент для переговоров более выгодным.
Габуев отмечает, что европейцам следует быть готовыми к моменту, когда переговорное «окно» действительно откроется.
Проблема заключается в том, что к тому времени Украина может оказаться в более сложном положении, чем сейчас.
Европа боится опоздать
Financial Times описывает ситуацию как стратегическую дилемму для Европы.
С одной стороны, континент располагает значительными экономическими и политическими рычагами, и без его участия будет сложно реализовать вопросы санкций, евроинтеграции Украины или долгосрочных гарантий безопасности.
С другой — Москва не хочет видеть ЕС непосредственным участником переговоров, а сами европейские страны до сих пор не договорились, кто именно должен их представлять.
В результате Европа рискует оказаться в ситуации, когда США, Россия и Украина начнут обсуждать ключевые параметры будущего урегулирования, а европейские столицы будут пытаться влиять на процесс уже после того, как основные рамки договоренностей будут сформированы.
Ранее «Главное в Украине» сообщало, что Владимир Зеленский обсудил с президентом Финляндии Александром Стуббом и премьер-министром Норвегии Йонасом Гаром Стёре их разговор с Владимиром Путиным и дальнейшие дипломатические шаги по завершению войны.
