Нынешняя ситуация в Украине с эпидемией гриппа – предмет для анализа не только и не столько эпидемиологов и вирусологов. Учитывая время, на которое пришлись последние громкие события, и последствия, которые они могут повлечь за собой, следует сделать попытку разобраться в происходящем с точки зрения политических технологий. Общество подвержено болезням и в этой области, но возбуждают их не вирусы гриппа, а медиа-вирусы, продуманно и массово забрасываемые в информационное пространство.Сразу следует оговориться, что ничего крамольного или циничного (во всяком случае, более циничного, чем бывает в политике) в этом нет. Всякая ситуация, складывающаяся в обществе, имеет свою политическую сторону, и всякий политик с помощью собственных политтехнологических ходов стремится извлечь из нее максимум пользы для себя и минимизировать потери, которыми она может грозить. Даже когда политики обвиняют друг друга в применении «политтехнологий», это тоже политтехнология, причем, далеко не самая удачная и эффективная.
Итак, грипп. Политтехнологичность ситуации видна, как говорится, невооруженным глазом. В стране паника и массовый психоз, которые возникли не на пустом месте. Они старательно подогреваются средствами массовой информации. Выпуски новостей начинаются и заканчиваются гриппом, постоянно и оперативно сообщается о количестве умерших от болезни – как в целом, так и по регионам. Показательно, что в сопредельных странах, независимо от степени «европейскости» и «демократичности», ни паники, ни массового психоза с небывалым ажиотажем в аптеках и подорожанием в несколько раз чеснока не наблюдается. Хотя количество заболевших и умерших там сопоставимо с нашим.
Почему там нет паники? Потому что нет политических сил, заинтересованных в том, чтобы ее раздуть. Во всяком случае, достаточно влиятельных, чтобы это сделать. Можно привести интересный пример, который, возможно, попался на глаза читателям. В насыщенных тревожными реалиями гриппующей Украины новостных выпусках в один и тот же день сразу несколько украинских каналов по несколько раз сообщили о том, что очень серьезные масштабы приобрела эпидемия в соседней Беларуси. Тамошние власти якобы замалчивают ситуацию и скрывают десятки смертей, однако тревогу бьют отважные оппозиционные пользователи интернета в своих сетевых дневниках. Правда, с того дня больше про мор в Беларуси в украинских новостях слышно не было. То ли отважные оппозиционные интернетчики сами все как один свалились с высокой температурой, то ли, опять же все вместе, угодили в тамошние застенки. Однако из поля зрения украинских телевизионщиков они почему-то выпали, а поднять большую панику в своей стране только с помощью интернета, не имея контроля над крупными средствами массовой информации, им оказалось не по силам.
То ли дело в Украине. Эпидемии и борьбе с ней посвящены заявления первых лиц государства. Но не следует утверждать, что ситуация от начала до конца придумана и раскручена кем-либо из них, вплоть до намеренного распространения заразы. Тогда пришлось бы говорить не о политтехнологии, а о конспирологии, – лжетеории, пытающейся объяснить все происходящее как результат чьего-либо злого умысла: масонов, ЦРУ, Кремля, международного терроризма или какой-то таинственной «мировой закулисы». Звучат подобные версии и сейчас, намекая на причастность к украинской эпидемии и панике вокруг нее зарубежных фармацевтов или отечественных политиков. Но не всякий, кто пытается на ситуации сыграть, на самом деле в ней виновен. Другое дело, что отрицать подобные обвинения ему затруднительно, – ведь попытка сыграть налицо. Также неверно было бы искать виновного или объявлять кого-либо виновным по методу «кому выгодно». Выгодно будет тому, кто сможет лучше воспользоваться обстоятельствами.
Есть смысл посмотреть, с какой целью можно использовать блестяще созданные панику и массовый психоз. Во-первых, для отвлечения общественного внимания, переключения его с одной сенсации на другую. В известном американском фильме «Когда хвост виляет собакой» ушлые технологи, чтобы отвлечь внимание от сексуального скандала с главой государства, даже устроили виртуальную войну с Албанией. В случае с Украиной эпидемия явно отвлекла внимание общества от педофильского скандала. Который, кстати, и сам выстроен по всем признакам технологической операции, когда к реальной трагедии и еще недоказанным обвинениям пристегивается политический контекст.
Еще один аспект массового психоза направлен не на общество, а на политических оппонентов. Во-первых, они вынуждены взять тайм-аут, поскольку столкнулись с незапланированной ситуацией и не знают, как действовать дальше. А во-вторых, – вынуждены играть на поле соперника. Сейчас, например, каждый политик вынужден говорить о гриппе больше, чем о чем-либо другом, но не каждый способен получить на этом достаточные политические дивиденды.
Виталий МАЛЯРЕНКО