Россия усиливает кампанию диверсий и других гибридных операций в странах НАТО, пытаясь ослабить поддержку Украины и проверить пределы реакции Запада. Европейские чиновники и эксперты все активнее обсуждают, достаточно ли только защищаться или Москве необходимо наносить конкретные и ощутимые ответные удары.
Об этом пишет The New York Times.
По данным издания, европейские чиновники не ожидают масштабного вторжения России в страну НАТО и считают, что традиционное военное сдерживание пока работает. Значительно большую обеспокоенность вызывает серия операций ниже порога открытой войны, одна из которых в результате случайности или преднамеренных действий может привести к большому числу жертв.
Бывший представитель разведки НАТО Дэвид Кэттлер, который сейчас работает в Center for European Policy Analysis, считает, что Москва пытается подорвать готовность европейских стран поддерживать Украину и в более широком смысле изменить архитектуру безопасности на континенте.
По его словам, Россия использует методы, причастность к которым сложно однозначно доказать: они достаточно серьезны, чтобы иметь последствия, но при этом рассчитаны так, чтобы не спровоцировать масштабную войну.
Европа спорит, стоит ли переносить противостояние на территорию России
По информации NYT, внутри европейских правительств идут дискуссии о том, нужно ли отвечать на такие операции действиями непосредственно против России.
Бывший высокопоставленный представитель НАТО Камиль Гранд считает, что Европа не должна чрезмерно реагировать и попадать в ловушку эскалации, но и игнорировать рост числа опасных инцидентов нельзя.
Сейчас европейский подход к сдерживанию российской гибридной активности формируется по трем основным направлениям.
Первое — публично устанавливать ответственность за атаки и прямо называть Россию.
Второе — усиливать защиту потенциальных целей, в частности аэропортов, заводов, железных дорог и объектов критической инфраструктуры, одновременно готовя население к возможным кризисам.
Третье — вводить для Москвы конкретные последствия, как открытые, так и скрытые.
Руководитель литовского Центра геополитических исследований и безопасности Линас Кояла считает, что каждая атака должна быть связана с конкретным ответом. Для этого, по его словам, правительствам необходимо заранее подготовить финансирование и юридические механизмы, чтобы не проводить новые политические дискуссии после каждого инцидента.
От диверсий на железной дороге до дронов со взрывчаткой
NYT среди последних инцидентов упоминает атаки на железнодорожную инфраструктуру в Польше, случай, когда российский фрегат выпустил сигнальные ракеты в направлении датского вертолета, диверсии на промышленных предприятиях, появление российских разведывательных беспилотников и вероятные заговоры с целью убийства руководителей европейских оборонных компаний.
Не во всех случаях причастность России удалось однозначно установить.
В то же время власти Германии прямо возложили на Москву ответственность за недавний инцидент в аэропорту Лейпциг-Галле. Там неподалеку от украинских транспортных самолетов обнаружили беспилотник со взрывчаткой, который не сработал.
По оценке эксперта German Marshall Fund Клаудии Майор, целью российской стратегии является не только демонстрация того, что поддержка Украины имеет свою цену, но и подрыв доверия граждан к способности демократических государств гарантировать им безопасность.
Страх как инструмент российской стратегии
Эксперт по России Ханна Нотте отмечает, что создание страха среди противников давно является частью российского стратегического подхода.
Она напомнила слова российского политолога Сергея Караганова, который в 2024 году писал, что для победы Москвы над Западом «должен быть страх». Другой российский аналитик Дмитрий Тренин формулировал схожий тезис: «Там, где нет страха, нет безопасности».
Исследователь России из Chatham House Кир Джайлс считает, что угрозы ядерной эскалацией ранее помогали Кремлю сдерживать администрацию президента США Джо Байдена от более масштабной помощи Украине.
В нынешних условиях, по его мнению, основной целью такого давления все больше становится Европа.
НАТО усиливает традиционное сдерживание
Параллельно НАТО проводит больше и более масштабные военные учения вблизи границ России.
Европейские страны также вкладывают средства в защиту аэропортов, транспортных узлов, промышленных предприятий и критической инфраструктуры.
Дания, Финляндия и Польша, в частности, готовят население к возможным кризисам и военным угрозам с помощью информационных кампаний и рекомендаций гражданской обороны.
Однако эксперты отмечают, что одна лишь устойчивость не лишает Россию инициативы.
Кояла предлагает активнее выявлять российских разведчиков, причастных к таким операциям, предъявлять им обвинения, а также разрушать сети вербовки и финансирования местных исполнителей.
Среди вариантов — кибератаки и ПВО над Украиной
Самая сложная часть дискуссии касается того, какими должны быть прямые последствия для России.
Аналитики, с которыми поговорила NYT, приводят в качестве одного из теоретических вариантов применение кибервозможностей для временного нарушения работы инфраструктуры в российском городе или московского метро — как сигнала Кремлю.
Еще одна идея касается защиты воздушного пространства НАТО.
Если угрозой являются российские дроны или ракеты, преднамеренно или случайно направленные в сторону стран Альянса, государства НАТО могли бы разместить ПВО ближе к границе и даже перехватывать такие цели над территорией Украины.
Такое предложение ранее выдвигал министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский.
Европе не хватает единого механизма ответа
Одной из главных проблем остается отсутствие у Европы единого центра, который мог бы оперативно принимать решения и передавать Москве четкие сигналы.
Макс Бергманн из Center for Strategic and International Studies отметил, что европейские страны недостаточно интегрированы в сфере оборонной и внешней политики, поэтому им сложно формировать единую позицию.
В ЕС обсуждают создание специального механизма консультаций по инцидентам гибридной войны — своеобразного аналога статьи 4 НАТО.
Бывший посол США при НАТО Иво Даалдер считает, что этого недостаточно.
По его мнению, Европе нужна не очередная процедура для проведения встреч, а заранее подготовленный набор ответов на различные виды российских атак.
Он считает, что НАТО лучше Евросоюза приспособлено к созданию такого механизма, поскольку Альянс имеет военную командную структуру, способную реализовывать коллективные решения.
Именно четко определенные последствия за конкретные действия, по мнению экспертов, могут сделать сдерживание российской «теневой войны» более убедительным.
