Рассказы о жизни в российской оккупации в XXI веке до боли напоминают воспоминания бабушки времен Второй мировой войны, передает BBC.
Поведение современных захватчиков практически не отличается от немецких военных - расстрелы гражданских, ограбление местного населения и кража еды у крестьян.
"Млеко, яйко, шнелле", - всю жизнь вспоминала моя бабушка любимую фразу голодных немцев, заходивших в деревню.
"Куры, индюки, яйца - все сожрали. Мало того, что грабили, еще и все сжирали", - вспоминает две недели жизни под российской оккупацией жительница одного из сел на севере Киевщины Светлана (имя изменено в интересах безопасности героини).
Светлане вместе с семьей удалось вырваться с территории, которая уже на второй день войны стала русским тылом.
То, что она рассказывает о жизни под российской оккупацией, можно было бы разве что представить в каком-нибудь фильме о Второй мировой войне, ужасы которой снова приходится переживать украинцам из-за вторжения России.
Голодные россияне
"На второй день войны у нас разгромили все магазины, после этого достать продукты было негде", - рассказывает Светлана.
Россияне оказались в деревне на второй день войны. Тогда же исчез свет.
Колонны танков и другой военной техники постоянно шли транзитом из Беларуси.
Россияне сделали из села что-то вроде тыловой базы, выгнали из домов людей, чтобы самим там поселиться.
"Знаю о 15 людях с детьми, которых выгнали на улицу", - вспоминает Светлана.
"Поели у многих живность, которая была: куры, индюки - все сожрали. Из погребов забрали еду, иногда вчистую все подчищали", - добавляет она.
Поведение россиян, по словам женщины, отличалось от поведения чеченцев. Эти две группы военных она быстро научилась различать.
Мародерством, по ее словам, преимущественно занимались россияне. И еду воровали именно они.
По рассказам Светланы, у российских солдат был совсем скудный паек.
"Маленькая галетная печенька, какой-нибудь паштетик и маленькая баночка риса с овощами, - говорит она. - Такое впечатление, что россияне находились на самообеспечении. Есть было фактически нечего, вот и обворовывали местных".
Именно российские солдаты, по ее словам, массово грабили жителей деревни, забирая разные вещи.
"Крали из домов все, что можно было взять. Танк один у них здесь сгорел, полезли ребята посмотреть. А там духи, фены, детские коляски. Такое впечатление, что хотели домой что-то привезти", - рассказывает Светлана.
У некоторых соседей из дома выносили все, кроме больших диванов.
"Добрые" чеченцы, убивавшие людей
Зато чеченцы, по словам Светланы, вели себя иначе.
Есть сведения, что кадыровцы совершали зверства в разных городах и селах Украины: никакого милосердия к гражданским с их стороны не было.
По словам Светланы, чеченцы в ее селе были гораздо лучше россиян и грабили меньше.
"У чеченцев были определенные принципы - они не выгоняли из домов, если в доме были дети, хорошо относились к пожилым", - вспоминает Светлана.
Чеченцы занимали самые лучшие дома, где было тепло. Иногда даже сухими пайками делились, которые были лучше, чем у россиян, вспоминает Светлана.
"Когда у знакомой группа чеченцев из дома съезжала на ротацию, они даже принесли извинения, сказали, что украинцы - хороший народ, что их самих обманули и бросили на войну против украинцев. Что-то говорили, чтобы Аллах их простил", - вспоминает женщина.
Однако именно чеченцы убивали жителей села.
"Чеченцы стреляли по мужчинам, женщинам, детям, было много случаев, когда расстреливали мирных жителей. Я лично знаю несколько таких историй, где-то десять человек", - говорит Светлана.
Первое убийство произошло в первый день оккупации - на машине ехали женщина, мужчина и ребенок.
"Они увидели перед собой много техники, на них навели дуло танка, машина остановилась на расстоянии. Никаких указаний не было, мужчина начал сдавать назад и здесь по ним дали очередь из пулемета", - с ужасом вспоминает Светлана.
Еще один пример - папа с дочерью хотели забрать раненую мать из соседнего села. Мужчина ехал с ребенком на микроавтобусе, чеченцы расстреляли их автоматной очередью.
Еще одному знакомому в центре села в машине прострелили голову, а саму машину взорвали.
"Расстреливали без предупреждения всех, кто что-то снимал на телефон, - какое-то движение техники или что-то подобное, - вспоминает Светлана. - Стояли у себя во дворе за воротами - и убивали".
Подростков практически не убивали - дети сидели дома и никуда не ходили.
"Один человек снимал со двора колонну. Его подстрелили в ногу. Он начал ползти, они его добили".
Как вели себя с местными
Иногда чеченцы вели себя достойно, говорит Светлана.
Она вспоминает случай, когда россиянин пытался изнасиловать девушку. Чеченцы его сильно избили.
"Все видели, что чеченцы и россияне в плохих отношениях. Они между собой дерутся постоянно", - утверждает она.
Если чеченцы занимали себе дома в центре, то россияне - боковые улицы.
Российские военные также заселились в школу, где скрывались люди, которых выгнали из домов. У школы постоянно стояли три танка.
У них не было телефонов, поэтому они отбирали их у людей и звонили домой, вспоминает Светлана.
Даже у чеченцев не было сигарет - "стреляли" их у местных жителей.
Женщина вспоминает, что сначала россияне были молодые и даже пугливые, при обыске у них тряслись руки.
Позже их заменили мужчины более серьезного вида лет под 40, с виду профессиональные военные, а не "грязные, прыщавые и ободранные", которые приехали сюда вначале.
Страх
Но их всех местные тоже боялись - боялись расстрелов, грабежа и всего прочего. Хотя ходить пешком по селу они разрешали.
А еще обстрелы: каждый вечер со всех сторон шли обстрелы.
Сами же чеченцы и русские очень боялись окрестных лесов.
"Как-то прошел слух, что из лесу придут наши партизаны. Они так испугались, что еще долго тот лес обстрелилвали - просто так, наугад", - вспоминает женщина.
В темное время суток над селом постоянно летали большие российские вертолеты. Так низко, что селяне боялись, что вертолет зацепит крышу.
"Они долетали до района церкви, а потом возвращались в Беларусь. Никто не понимал, что они делают. Но позже в церкви рассказали, что вертолеты забирают своих убитых. Возле церкви сделали некий хаб, и вот оттуда они их забирали", - рассказывает Светлана.
От их села до ближайшего большого белорусского города, Мозыря - где-то 180 километров.
Гуманитарка и батюшка
На 14-й день войны селянам сказали, что местный батюшка будет раздавать продукты.
Женщины собрались и пошли. Три часа стояли в очереди.
"Дали нам пайки, мы заглянули в сумки - они оказались российские. А мы думали, это от наших", - говорит Светлана.
Многие брали пайки от безысходности: люди две недели сидели без продуктов.
Глава сельской администрации исчезла через несколько дней после начала оккупации. Женщина предполагает, что ее могли запугать. Поэтому фактически управлять делами - в сотрудничестве с россиянами - взялся батюшка.
"Они с батюшкой показательно, на камеры, якобы делают "добрые дела" - для пропаганды. Мы знаем, что помощь от Украины вообще не пропускали", - утверждает женщина.
"Мы видели видео, на котором россиянин у церкви разгружает гуманитарку и рассказывает, что, вот, мы, россияне, спасаем людей от голода, потому что украинцы, мол, бросили село и когда отступали, уничтожили инфраструктуру. Хотя из нашего села некому было отступать, - рассказывает Светлана. - Меня аж затрясло, когда я увидела этот лживый сюжет".
По словам Светлана, пакеты помощи выдавали из расчета один пакет на одну семью, при этом тщательно записывали имена и адреса. Фактически проводили мини-перепись населения. Поэтому, говорит Светлана, многие боялись ходить за пайками.
В паек входили килограмм гречки, немного вермишели, одна банка консервов, килограмм сахара и сгущенка, а также туалетная бумага. Женщинам могли выдать пачку прокладок.
Бегство
Светлана с семьей бежала из села через две недели после начала оккупации.
"Пошли слухи, что будет коридор. Поехали на свой страх и риск. Скорость 30 километров в час, окна открыты, везде надписи "Дети" и белые простыни. Так мы проехали три российских КПП", - рассказывает она.
Тысячи людей шли до взорванного моста - последней позиции россиян - пешком.
Там сотрудники Красного Креста переводили их по бочкам и деревянным палетам. А на другой стороне уже встречали украинские военные.
Северо-запад Киевской области сильно пострадал от попыток российских военных взять Киев. Ирпень, Буча, Гостомель, Ворзель - все эти населенные пункты уничтожены почти полностью. А села севернее, как и городок Иванькив, оказались в тылу россиян.
Все больше людей, которым удается оттуда бежать, рассказывают про ужасы оккупации.
Россия утверждает, что ее военные не убивают гражданских, а только бьют по военным целям.