В своей статье для Washington Post исследователь Центра инициатив из новых угроз Эндрю Бостон пытается ответить на основные вопросы, связанные с поставкой «Джавелин» в Украину, сообщает Главное со ссылкой на Радио Свобода.
1. Что побудило к решению о поставках летального оружия?
Танки не использовались в начале незаконной аннексии Крыма, которая состоялась после протестов и бегства Януковича из Украины. Затем, когда скрытые действия России на Донбассе переросли в обычную войну, начали использоваться танки и артиллерия. Именно поэтому необходимо противотанковое оружие, такое как «Джавелин». Усиление способности Украины защитить себя от российских танков имеет уравнять шансы обеих сторон.
2. Что изменит наличие «Джавелинов»?
С 2015 года США предоставили Украине нелетальной помощи на 750 млн долларов, включая машины Humvee, тепловизоры и радарные системы.
В случае дальнейшего нападения России «Джавелины» обеспечат, что расходы России будут расти. Все же существует беспокойство, что «Джавелины» могут попасть в руки противника. Сейчас, по сообщениям, «Джавелины» будут оставаться в Центральной Украине под наблюдением американских инструкторов. Поэтому их будет трудно достаточно быстро разместить, чтобы отреагировать на изменения в конфликте.
3. Что теряют США, посылая оружие в Украину
Предоставление Украине оружия не окажет большого военного превосходства, однако будет означать потерю политического рычага. Предоставление оружия является сигналом поддержки и преданности, отмечает исследователь. В случае дальнейшей российской агрессии в США останется немного возможностей демонстрировать поддержку, избегая прямого участия в конфликте.
4. Как ответит Россия?
Россия продолжает эскалацию не только в Украине, но и в регионе. Во времена администрации Обамы в США опасались, что предоставление оружия Украине может побудить Россию нацелиться на новые территории, например, Мариуполь. В этом году - выборы в России, и Кремль не может позволить, чтобы в Россию возвращались трупы молодых военных. Однако риск эскалации не ограничивается Украиной, и Россия может выбирать, как и где ей ответить, убежден исследователь.