Москва более не заинтересована в реализации Минска в той же степени, что и на момент его подписания, пишет на портале НВ содиректор программ внешней политики и международной безопасности центра Разумкова Алексей Мельник.
На очередной встрече Трехсторонней контактной группы в Минске украинская сторона попытается достичь договоренностей о режиме бесповоротного прекращения огня в Донбассе.
Поскольку формально в зоне боевых действий установлено перемирие, от украинских солдат требуют открывать огонь только в ответ на вражеские обстрелы. Техника отведена, оставшиеся в распоряжении военнослужащих вооружения позволяют лишь до определенной степени сдерживать или предварять возможные атаки.
Теоретически Украина может в одностороннем порядке инициировать и даже требовать от наших военнослужащих полного и безоговорочного соблюдения перемирия. Однако нужно понимать, что это обернется безнаказанным расстрелом украинских военнослужащих, то есть, односторонним прекращением огня. Мы и без того частично находимся в этой ситуации.
Поскольку нет политического решения о выходе из данного конфликта на уровне нормандского формата, ожидать его урегулирования непосредственно «на земле» тоже не приходится. Те переговорные группы, которые работают в Минске, существенно ограничены в своих возможностях. Они могут достигать и даже успешно воплощать договоренности исключительно по техническим вопросам. Каких бы талантливых дипломатов не послала Украина в Минск, они не могут выйти за те политические рамки, которыми ограничены эти переговоры: условия Минских соглашений, полномочия переговорщиков и т. д.
Более того, сам нормандский формат зашел в тупик. За последнее время мы услышали от Путина два противоречащих друг другу заявления: сначала российский президент заявил, что он не видит смысла в нормандском формате, а потом любезно согласился с тем, что встречаться все-таки нужно. Думаю, более искренне он говорил в первом случае.
Если раньше мировые лидеры говорили о безальтернативности Минских соглашений, то сегодня изменилась и их риторика, и подход, а также понимание причин конфликта и путей выхода из него. Надежда на реализацию тех подпунктов договоренностей, которые продвигает Россия, снижается. Москва более не заинтересована в реализации Минска в той же степени, что и на момент его подписания.