Юлия Тимошенко заявляет о переходе в оппозицию. Чем в первую очередь напрягла представителей Оппозиционного блока. Особого удовольствия от усиления оппозиционной группы в Верховной Раде вчерашние регионалы не испытали по одной простой причине. Они прекрасно знают, что с такими союзниками врагов не нужно. Лучше самая настоящая хунта, чем такой партнер. Безопаснее, пишет на site.ua политолог Кирилл Сазонов.
Позже насторожились демократы. Если Тимошенко только сейчас переходит в оппозицию – где она была до сих пор? В коалиции? Помогала?То есть вся ее бессмысленная и беспощадная борьба с правительством, президентом и вообще всем вокруг – была в формате коалиционного сотрудничества? Страшно даже представить, что она сделает теперь, когда перестала быть другом. Что же в ее понимании «вредить», если до сих пор она и не начинала?
Хотя, оппозиционную риторику Юлии Владимировны все уже воспринимают исключительно в формате предвыборной агитации и анекдота. Если человек непрерывно воюет с окружающими, то куда бы он не переходил, ничего не меняется. Ну и само заявление не может не радовать. " Мы приняли решение, что мы выходим из бесперспективного переговорного процесса о создании новой коалиции. Мы переходим в демократическую, проевропейскую оппозицию", - заявила Тимошенко. И пообещала, что начинает борьбу «против слияния новой постмайданной власти и старой олигархической мафии».
Получается, что все это время Тимошенко вела переговоры с представителями старой олигархической мафии? И теперь выходит из них и начинает борьбу? То есть – с мафией не договорились? Это бывает, все логично. Не договорились – значит борьба. Потому что с мафией вообще нельзя договориться, ее можно только возглавить. И Юлия Владимировна это прекрасно понимает.
Вот только общество может не поддержать передумавшего переговорщика. Как не поддержало после тайных переговоров о распиле страны на двоих с Януковичем. Помните, Юлия Владимировна? Потому что или ты непримиримый борец, или ведешь переговоры с мафией об объединении. Или не используешь такую радикальную риторику. Впрочем, кому я это говорю?