Владимир Путин дал понять, что готов идти на дальнейшую эскалацию в вопросе будущего Донбасса. В субботу, 18 апреля, российский президент заявил, что не исключает признания независимости ДНР и ЛНР. "Я сейчас не хотел бы на этот счет говорить. Потому что чего бы я ни сказал, все может быть контрпродуктивно. Мы будем смотреть по реалиям, которые возникают в жизни", - заявил Путин.
Существует ли вероятность того, что Кремль действительно признает квазиреспублики, НВ расспросило экспертов из России и Украины.
Андрей Окара, российский политолог
В гибридной войне главная составляющая – это информационно-психологическое давление, а также различные дипломатические и политические ухищрения. Это заявление Путина можно рассматривать как часть сложной многомерной игры накануне 9 мая.
К 9 мая Путину нужны какие-то символические факторы, которыми он мог бы подтвердить свой статус борца с фашизмом и наследника победы. Не надо забывать, что годовщина так называемых референдумов в ЛНР и ДНР – это 11 мая. Годовщина этих референдумов как раз может быть использована для актуализации этой темы.
Если 9 мая в Москву на парад не приедет даже Лукашенко, это будет достаточно серьезной обидой и публичным ударом для Путина. Вполне может быть, что ответом на это будет какой-то яркий и мощный политический шаг, например, признание ЛНР и ДНР.
Не факт, что Путин точно пойдет на это. Это дипломатическая игра международного масштаба, речь идет не только об отношениях с Порошенко, а об отношениях с целым миром. Но, думаю, украинской власти необходимо готовиться к тому, что Путин это сделает, чтобы это, как всегда, не оказалось для нее неожиданностью.
Владимир Горбач, политический аналитик украинского Института евроатлантического сотрудничества
Это звучит как угроза для Украины и для Запада. Но это также реакция на вопросы, заданные во время прямой линии россиянами. Путин почувствовал недовольство тем, что его позиция недостаточно радикальна.
Признание ЛНР и ДНР реалистично, но вероятность эта не очень большая. У России есть опыт Абхазии и Южной Осетии с одной стороны и аннексии Крыма с другой. И Путин знает, что для России такое решение будет иметь очень нежелательные последствия – нужно будет тратить деньги на Донбасс, будут введены новые экономические санкции, а это обвалит российскую экономику.
Но всеми своими действиями российское руководство убеждает нас, что в своей паранойе оно может на это пойти.
Это шантаж, но, если мы и Запад не поддадимся, не исключено, что Путин пойдет на такое политическое самоубийство.
Андрей Пионтковский, российский политолог и публицист
После того, как первоначальный план Путина – проект Новороссия, предусматривающий объединение 8 или 12 украинских областей – провалился, Путин не стремился аннексировать Лугандонию. Он хотел взять всю Украину на крючок иллюзорной территориальной целостности. Не аннексировать эти территории, а сделать их раковой опухолью внутри Украины, распространяющей нестабильность, хаос. Добиться с ее помощью изменения Конституции Украины, провозглашение внеблокового статуса. Кроме того, он еще и собирался проделать трюк, который не удалось провернуть ни в Молдове, ни в Грузии – заставить Украину кормить им же оккупированную территорию.
В последний месяц стало ясно, что ничего из этого не получится, что это иллюзия. Верховная Рада, наконец, приняла закон о том, что это временно оккупированная территория, отказавшись ее экономически поддерживать. То есть провалился уже второй план Путина. Поэтому не исключено, что теперь он вернется к сравнительно простому решению – формальной аннексии ДНР и ЛНР или объявлению их независимыми республиками. Эти варианты поведения Путина не исключены.