С заместителем командира 93-й бригады Александром Василенко (позывной "Тополь") корреспондент «Нового Региона» встретился в днепропетровской больнице им. Мечникова: подполковник был контужен 30 ноября при ожесточенном штурме Донецкого аэропорта боевиками.
Вопреки мнениям некоторых бойцов, что комбриги и их замы на передовой не появляются во время самых «горячих» атак со стороны противника, в конце ноября Александр возглавлял оборону старого терминала, когда готовился его подрыв. И поэтому знает подробности происходящего в те дни, как мало кто другой.
По словам журналиста, статистика из отчета Минбороны РФ, которую предала огласке российская правозащитница Елена Васильева, впечатлила всех. Потери врага только за 30 ноября и только в Донецком аэропорту составили 299 убитых и 190 раненых. Что именно привело к таким большим показателям?
"Это и самая активная за все дни артиллерийская поддержка – и с ближних, и с дальних расстояний тяжелой артиллерией. Не только по терминалу, но по всем позициям противника. И, конечно, подрыв. Понимаете, противник не ожидал, что мы начиним взрывчаткой здание, в котором находились сами, ведь одно неверное попадание снаряда – и мы сами взлетели бы в воздух. Но в итоге в ловушку попали они.
Кстати, по тактике ведения штурма, количество нападающих в таком случае для успешности должно примерно в три раза превышать количество обороняющих его. Потому общее количество нападающих – и ДНРовцев, и российских военных должно было превышать 500 человек.
В тот момент я был в полуобморочном состоянии, но, придя в себя, воспринял все случившееся как фиаско, ведь командование перед нами ставило задачу удержать здание, а мы приняли решение подорвать. Получается, мы не выполнили задачу боевую… Но анализируя позже данные о потерях, я понял, что наше решение было правильным", — размышляет подполковник, который из своих 38 лет уже 22 года отдал армии.
"Киборг" продолжил: "Не могу четко сказать – спецназ это был или нет, но подходы, которые были в нашу сторону со стороны противника, в последние дни изменились. Я высоко ценю профессионализм со стороны нападающих и, анализируя их действия как военный, допускаю мысль о том, что это был спецназ. Скоординированные действия, работали по два-три человека, и даже залповый огонь из гранатометов – этому надо было научиться. Люди не один день провели на тренировочных полигонах. Штурмовали здание они красиво. И эти разговоры о спецназе совпали с моими наблюдениями".