Основная внешнеполитическая задача путинской России - унижение Украины и создание на ее территории непризнанного псевдогосударства. Однако, проводя такую политику, Владимир Путин рискует разрушить саму Россию. На эту тему размышляет известный писатель-сатирик, колумнист издания "ГОРДОН" Виктор Шендерович.
По воспоминаниям очевидцев, Гитлер обожал изображать приступы вдохновения: прямо во время совещания мог внезапно начертать что-нибудь прямо на карте к восторгу присутствующих. То, что часть присутствующих эту импровизацию заранее разработала, причем в этом же кабинете, никого не смущало.
Мелкая деталь тактично подчеркивает родство душ.
По дороге в Улан-Батор Путин, по его словам, "набросал в самолете" план по урегулированию на Востоке Украины…
Наш великий монгол симулировал вдохновение напрасно. И ребенку ясно: за тем российская армия и вошла в Украину, за то и отдал свои ноги псевдо-боец "Беркута", десантник Козлов, чтобы Путин имел теперь возможность предложить перемирие на своих условиях.
Это — победа. Ура! Можно давать салют. Унизить Украину — это ведь и была главная цель нашей внешней политики со времен Майдана! Какой там Исламский халифат под боком у Астрахани, какой Китай с армией больше всего нашего спившегося населения… Мы и не думаем в ту сторону! Умыть Киев, мать городов русских – вот главная радость российского МИДа!
Киев, который не собирался воевать и отдал ядерное оружие по Будапештскому соглашению, по случаю чего Штаты и Европа уже полгода лежат в глубокомысленном обмороке…
Ну, хорошо, победили мы Киев — и что мы поимеем с этой победы? Поимеем большое Приднестровье, турецкий Кипр размером с Бенилюкс, черную бюджетную дыру, за которую мы, и только мы отныне несем ответственность. А никаких инвестиций в эти края не пойдет, разумеется, ни доллара, только распил бюджета напоследок…
Напоследок – потому что сама Россия, выбивающая ногой двери у соседей, сама при таких повадках очень скоро станет большим Приднестровьем…
Все это, впрочем, компенсируется новым взлетом путинского рейтинга. За тем и живем на свете, собственно.
Не исключено, что тоже – напоследок.