Дошло до того, что на улице только и слышно, как юноши и девушки, мальчики и девочки в разговорах после каждого нормального слова вставляют матерные. Не отстают в похабщине и взрослые. Мат живет на театральных подмостках, в кинофильмах, телепередачах, матом пишутся целые книги, «филологи» составляют словари русского мата. Для современного человека сквернословие стало нормой.
В далекие 60-е годы, когда я пребывал в еще совсем юном возрасте, отец брал меня с собой на рынок. Ранним утром мы тряслись в переполненном трамвае, затем ходили по овощным и мясным рядам, поглядывая в написанный мамой перечень, дабы чего-то не забыть.
Теперь с высоты своего возраста я понимаю, что кульминацией похода за продуктами была последняя нота этой песни – пятиминутный подход к ларьку, где продавалось пиво. Крепко держась за отцовскую руку, я наблюдал, как тетенька в белом кокошнике наливает пенный напиток, а потом отец с полуприкрытыми от удовольствия глазами медленно его пьет. Помню, как стоящие вокруг мужики, независимо от их кондиции, то бишь состояния, замолкали. Увидев ребенка, они не только переставали выражаться непотребными словами, а и вовсе переставали разговаривать. Таковы были неписанные правила поведения в присутствии ребенка, таков был этикет настоящих мужчин.
Мат всегда был языком хулиганов, преступников, пьяниц. Теперь матерщина проникает во все сферы нашей жизни. Ей покоряются практически все социальные и возрастные слои общества. И кто-то очень настойчиво пытается доказать нам, что родной язык вообще невозможен без мата.
А ведь при царях Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче за сквернословие наказывали розгами на улицах. За ругань в день церковного праздника можно было и жизнью поплатиться. Да и в советские времена за нецензурную брань в общественном месте по Уголовному кодексу СССР полагалось 15 суток ареста.
Круглосуточно по всем телеканалам, в радиопередачах твердят, что в правовом государстве нельзя ограничивать свободу слова. Примитивное вранье. Оглянитесь и убедитесь в том, что наша история и даже история всей человеческой цивилизации построена согласно четкому своду правил и законов. Ни одна цивилизация в истории человечества не жила без моральных табу. А сейчас мы с телеэкрана слышим такое, что уши вянут.
Более того – матом заговорила интеллигенция. Выпускницы филологического факультета университета, академии культуры или консерватории упражняются в сквернословии, соревнуясь друг с другом в витиеватости выражений.
Об интернете я вообще молчу. На форумах интеллигент с двумя высшими гуманитарными образованиями и «сявка» с четырьмя классами применяют набор нецензурной брани заматеревшего в бандитской «фене» уголовника. Короче – извращаются, кто как может.
Неужели конец и национальной культуре, и родному языку? Ведь должен кто-то быть первым и сказать похабщине «нет»? Кем должен быть этот «кто-то»?
Прежде всего, родители и семья. Знаете, в Америке, которую многие наши соотечественники хают по инерции 70-х, когда там были хиппи, панки и другие вольности, давно укоренился культ семьи. Бывшие экстремалы предпочитают кресло у телевизора в кругу семьи развлечениям в баре или шумной компании. Именно в Америке существует очень интересный обычай. Когда дети приносят с улицы бранные слова и спрашивают об их значении, то родители, как правило, разъясняют все честно, но потом в обязательном порядке заставляют ребенка вымыть рот с мылом, ведь мерзкие слова пачкают и сознание, и душу, и слух, и произносящий их рот. Неплохо бы и нам ввести для своих детей подобный обычай.
А как же государство? Какова его роль?
Собственно, необходимых для борьбы с подобными правонарушениями статей никто из Кодекса об административных правонарушениях не изымал. Нужно лишь желание и политическая воля там, наверху, чтобы каждое бранное слово, сказанное кем бы то ни было, попадало под действие Закона. Административный штраф, общественные работы и, в конце концов, давно забытые 15 суток – это реальные рычаги воздействия на нарушителей.
Николай ГЕНИН. Для ГЛАВНОЕ™