Палыч и сыновья

«Палыч» - именно так уважительно здесь – в зоне АТО – называют подполковника Анатолия Павловича Войтенко. Всю свою сознательную жизнь он отдал армии: служил в Венгрии, на Днепропетровщине, на Донбассе. Каждый раз на новое место службы за ним переезжала семья. Последние 15 лет Войтенко, уйдя на пенсию, преподавал на военной кафедре одного из вузов Донецка.

А потом началась АТО … Подполковник, прекрасно понимал, что настоящее название происходящему – война. Оставаться в стороне от нее, не стать на защиту Украины он не мог – не в его это характере, не в его жизненных принципах. Семья переезжает на Харьковщину, а Анатолий Войтенко приходит добровольцем в Национальную гвардию Украины.

Впервые мы увидели подполковника на территории одной из частей, дислоцирующихся в Славянске, еще зимой. Он с солдатами чинил «отжатую» у российских военных зенитную установку.

Сослуживцы Палыча нас сразу предупредили: мужик он крутого нрава, всегда говорит то, что чувствует сердцем, правду-матку режет, невзирая на чины и погоны собеседника. Но при этом – справедлив, по-отцовски относится к каждому солдату, прекрасный специалист и, без преувеличения, настоящий патриот Украины. За что и был назначен на должность начальника противовоздушной обороны третьей бригады оперативного назначения НГУ.

Именно тогда – зимой в Славянске – мы впервые увидели, как у офицера, рассказывающего о том, как его прежние сослуживцы и некоторые знакомые предали Украину и их дружбу, играют желваки и «молча» текут мужские слезы.

И, вот, новая встреча – теперь уже в одном из сел Луганской области, где расположен блокпост, командиром которого является Палыч.

- Снова вы? – моментально узнает нас подполковник, - А где обещанные материалы о моих парнях?

- Так были же! – оправдываемся мы.

- Не знаю – не видел! А ну, пойдемте - покажите!

- А у вас тут, что, есть Интернет и компьютер?

- У меня все есть, что службу нести помогает! – прищурившись парирует подполковник и ведет нас в «штаб» - бывший железнодорожный вагон.

Поводит к ноутбуку, умело щелкает клавишами и заявляет:

- Показывайте!

Убеждается, что фотографии его бойцов, которые мы обещали разместить в СМИ, действительно там есть, улыбается и тут же выдвигает новую идею:

- А хотите мы вам покажем, как мы с местным населением сообща делаем одно доброе дело – друг другу помогаем? У нас даже фото и видео есть – сами снимали!

Мы с радостью соглашаемся – ради этого и приехали из мирного Харькова в АТО – рассказывать о тех, кто вопреки всему защищает страну.

Палыч становится серьезным.

- Эх, если бы все было так просто… Увы, не каждый, кто сюда – в зону АТО – попадает, приезжает защищать страну. Есть и такие, кто «на гражданке» с бутылкой не расставался, да и тут этим не брезгует. Приходится воспитывать.

- Как?

- Ну, я вам свои педагогические секреты раскрывать не буду, - снова улыбается подполковник, - Лучше давайте о настоящих бойцах поговорим.

В разговор вмешивается кто-то из присутствующих рядом бойцов:

- Да вы лучше о сыновьях Палыча расскажите! У него их двое и оба пришли добровольцами в АТО.

Удивленно смотрим на подполковника. Тот немного смущается, мол, да что в этом такого необычного … Но мы не отступаем и не сдаемся. Подполковник вынужден дать команду «найти и привести» старшего сына – 33-летнего Валерия: рядовой, водитель.

- Когда отец принял решение вернуться на службу и ушел добровольцем в Национальную гвардию Украины, мы с младшим братом сразу решили, что тоже подпишем трехлетний контракт и пойдем на службу в Нацгвардию. А потом получилось так, что была возможность попасть в туже часть, где служит папа. Соответственно, не раздумывая, приняли решение – идем служить вместе с отцом, рядом с ним.

Конечно, на наше с братом решение повлияло воспитание отца. Он военный и нас воспитывал всегда строго, но главное – с детства заложил нам любовь к своей стране, уважение к ее народу.

Те, у кого в семье есть кадровые офицеры – настоящие офицеры – они нас с братом поймут. Знаете, мы даже когда служили срочку (братья проходили службу вместе в 79 аэромобильном полку, сейчас – аэромобильная бригада – ред.), то всегда помнили о том, что не имеем морального права своими поступками опозорить своего отца, предать то, что он в нас с самого детства закладывал.

У меня у самого двое детей, у брата – тоже двое детей. И мы тоже стараемся их воспитывать так, как когда-то нас воспитал отец. Ну, а он нам в этом помогает.

А если говорить о службе рядом с папой, то, поверьте, это еще большая ответственность, т.к. мы все здесь – солдаты, которые пришли в армию защищать свою страну, свои семьи.

Знаете, я уже тут осознал, насколько важно, когда дети приветливо машут рукой человеку в военной форме. Ведь они доверят нам, они видят и чувствуют в нас своих защитников. Разве можно обмануть и предать ребенка?

С младшим сыном Палыча нам удалось поговорить на следующий день.  29-летний Антон Войтенко - старший солдат, водитель.  Несет службу на одном из самых опасных блокпостов неподалеку от Крымского.

- Когда мы с братом узнали, что отец возвращается на службу, первым желанием было – все бросить и сразу пойти вместе с ним. Но удерживали семьи и маленькие дети – какие-то бытовые проблемы. А с другой стороны – мы с братом понимали, что категорически не хотим, чтобы наши семьи ощутили на себе то, что пришлось пережить многим на оккупированных территориях.

Знаете, мы с братом даже не обсуждали специально эту тему – идти служить или нет. Просто в душе каждый из нас чувствовал, что нужно идти. Поэтому и подписали контракт с Нацгвардией. Изначально хотели именно в Национальную гвардию. Во время Второй мировой войны, как отец недавно напомнил, на фронте даже семейные танковые экипажи были. Кто лучше прикроет спину и поможет в трудную минуту, как не родные люди? Да и отца очень хотелось поддержать. Поэтому вопрос о ВСУ не стоял – только Нацгвардия!

Когда мы с братом служили срочку в ВДВ, то задумывались, а не продолжить ли военное образование. Но сдерживало то, что у офицеров в то время была мизерная зарплата, нерешаемая проблема с жильем. А сегодня, когда в стране война, все это кажется такими незначимыми вещами, и чаще задумываюсь над тем, что останусь служить в Нацгвардии даже после нашей Победы над врагом.

Подполковник Войтенко, и это чувствуется, не просто гордится сыновьями. Он считает их равными себе, другим бойцам – взрослыми, состоявшимися мужчинами. Поэтому поблажек им не делает, наоборот – требует даже больше, чем от других.

Фото из семейного архива

- Горжусь ли я сыновьями? Давайте об этом поговорим потом – после Победы. Но мне приятно, что они приняли решение защищать страну. Значит, вырастил настоящих мужчин, которые знают и понимают, что такое Родина и почему они обязаны ее защищать.

Знаете, я смотрю на некоторых сверстников своих сыновей, которые нашли причину для того, чтобы не попасть на службу в армию, или для того, чтобы не попасть в АТО. Мне стыдно за них и немного обидно за своих детей. Настоящий мужик тот, кто становится на защиту своей Родины, какой бы она для него не была: хорошей или плохой. Не нравится, как живет страна – прикладывай силы для того, чтобы изменить ситуацию, работай, созидай, думай, кого выбираешь и кому доверяешь руководство страной. Но защищай ее от внешнего врага, от тех, кто хочет расколоть и уничтожить твою Родину.

Я смотрю на жизнь в зоне АТО и откровенно не понимаю, почему тут бродит масса здоровых, крепких, сильных, молодых парней и мужиков. Почему они не в армии, почему не в партизанских отрядах? Мы с сыновьями, как и тысячи добровольцев и мобилизованных, пришли сюда для того, чтобы не допустить в своих городах того, что допустили те, кто сегодня живет на оккупированных территориях.

Но приятно, что в этой ситуации мои сыновья не огорчают ни меня, ни своих командиров. Значит, со своей отцовской задачей я справился. Хотя, прекрасно понимаю, что на мне сегодня и большая ответственность за семьи моих сыновей, за своих четырех внуков.

Подполковник достает телефон и показывает фотографии четырех внуков. Им от нескольких месяцев до 8 лет. О внуках Палыч готов рассказывать часами. По тому, как в этот момент изменяется взгляд подполковника, как его лицо озаряет улыбка, сразу понимаешь – это, наверное, единственные в мире люди, которые могут отдавать приказы старшему Войтенко – профессиональному военному, принципиальному командиру, настоящему офицеру.

Он все время старается перевести разговор на темы, которые здесь многих волнуют – о «странностях» этой войны.

- Сегодня шесть фур с продуктами и алкоголем пытались прорваться через наш блокпост на оккупированную территорию. Я могу понять, когда люди везут туда немного продуктов для себя или своих родственников, но когда товары пытаются вывозить огромными фурами, извините, почему мы должны кормить тех, кто приветствовал приход террористов и сегодня им активно помогает?

И это на фоне того, что тем, кто живет на пострадавших или освобожденных территориях наши государственные мужи не помогают в полную силу. Эту функцию вместо государства на себя взяли международные фонды и волонтеры. Именно они везут сегодня в Попасную стройматериалы для восстановления города, а колон автомобилей с помощью от государства я что-то не наблюдаю. Обидно, что мы тут боремся за эту территорию, местные жители все чаще становятся на нашу сторону, а государство должного внимания им не уделяет. Посмотрите, как изменилось мировоззрение местного населения. Если раньше мы для подавляющего большинства из них были «фашистами», то сегодня ситуация уже 50:50. Просто жители здесь увидели и осознали, кто на самом деле фашисты и оккупанты, кто разрушает их дома, города, кто убивает их детей и родных.

Знаете, когда вся страна будет смотреть на Президента как на лидера нации, а на депутатов, как на настоящих представителей населения? Когда и первый, и вторые покажут всей стране, что они не бросили здесь в беде людей, чьи дома разрушили русские «Грады»!

Д.Брук, Д.Баевский, С.Бобок, А.Лебедь

АТОграф